coins & banknotes


Home :: Энциклопедия :: Каталог банкнот :: Вход 
Поиск   
Меню
· На главную..

· Новости сайта
· ЧаВО (FAQ)
· Энциклопедия
· Сборник статей
· Книги
· Каталог Банкнот
· Каталог WEB-сайтов


Мой блог

banner88x31

Книги


Фальшивомонетчики III Pейха. Операция "Бернхард".

Guns.ru Talks: оружейные форумы

Яндекс цитирования

Rambler's Top100

LibeX: книжный магазин. Купите подержанные книги или продайте свои




Немного рекламы:

-
Николай Иванович Кардаков – коллекционер и систематик
Послано: webmaster
Статьи о людях

Н.И.Кардаков (N.I. Kardakov) - cистематик и коллекционер, русский, а впоследствии немецкий энтомолог-лепидоптеролог, крупный бонист, предприниматель, родился 1 января 1885 (по другим источникам, 1884) года в деревне Кардаковка, недалеко от Вятки (ныне г. Киров). Чтобы собрать информацию о нем и его семье, пришлось искать долго и упорно, по крохам. Некоторые факты публикуются здесь впервые. Связано это с их происхождением, повлекшим за собой репрессии и поэтому сознательно замалчивавшимся.

Так, например, даже их двоюродная сестра, Наталья Ильинична Кардакова, считала, что «Андрей, будучи в экспедиции В.К. Арсеньева, погиб на Дальнем Востоке», хотя на самом деле произошло это через десять лет после ее окончания.
Многочисленные представители фамилии Кардаковых прославились в девятнадцатом веке, прежде всего как купцы и общественные деятели г. Котельнича Вятской губернии. Основатель одной из родословных ветвей, прадед вышеупомянутых братьев, Василий Максимович Кардаков (1799-1866) был государственным крестьянином деревни Кардаковская Игумновской волости Котельничского уезда. Торговля у Кардаковых была семейным делом. Их дед, Семен Васильевич (1834-1879), продолжая быть приписанным к крестьянскому сословию, уже торговал по свидетельству купца. Занимался скупкой сырья, избирался гласным уездного земского собрания. Отец, Иван Семенович (1856- после 1918), с восемнадцати лет, как старший сын, становится агентом по закупке льняных товаров в деревнях и селах уезда. В двадцать три года он уже возглавил дело, но в это время резко упали цены на льняные товары, поэтому пришлось переехать в Вятку, заняться другим делом. Получив разрешение на торговлю золотыми и серебряными изделиями, он открывает в Вятке первый универсальный магазин. (Примечательно, что магазин – преемник, работающий на этом месте до сих пор, неофициально называют в городе «Кардаковским»). У него было два родных брата - Илья и Петр. Все имели большие семьи. Весьма предприимчивые и трудолюбивые, они разбогатели, поддерживая друг друга капиталами, построили крупо-толоконный завод, основной продукцией которого было запаренное овсяное толокно под маркой «Русский Геркулес». Производством сырья занимались сами, ни на кого не надеясь. Продукция пользовалась большой популярностью и огромным спросом как внутри страны, так и за рубежом, а за отменное качество была отмечена наградами и призами многих выставок а в 1910 г. - большой серебряной медалью российского Министерства финансов. В 1914 году был создан торговый дом «Иван Семенович Кардаков с сыновьями в Вятке». Он вел торговлю в городах России, закупал товар за границей. После закрытия фирмы в феврале 1918 года, отец ушел с войсками Колчака и погиб под Омском; а по другим сведениям, - умер в Челябинске.

Мать их, Людмила Алексеевна, в девичестве Сенилова, являлась дочерью вятского купца. В семье было шестеро детей: сыновья Николай, Аркадий, Андрей; дочери Вера, Нина, Юлия, - в замужестве, соответственно, Гирбасова, Топорова и Рысь. Мать и сестры после революции и гражданской войны жили в Кирове. Аркадий, окончивший институт, работал в Министерстве бумажной промышленности, в Москве.

Старший из сыновей, Николай Иванович Кардаков, родился 1 января 1885 (по другим источникам - 1884) года в родовой деревне Кардаковская. О детских годах нам ничего не известно, но почти наверняка уже в это время он интересовался насекомыми. В 1909 году стал членом Русского Энтомологического общества, собирал бабочек на о. Цейлон и в Индокитае, а в июне - июле 1912 г. на Алтае, в окрестностях Катон-Карагая и Алтайской станицы. Однако в это время главным занятием для него, как старшего сына, было участие в делах отца. Во всяком случае, в эти годы он руководил вятским универсальным «Модным игольно-галантерейным магазином». Скорее всего, путешествие на Цейлон, в Индокитай также были связаны с делами фирмы. И на Дальний Восток он впервые попал в эти годы, так как его старшая сестра Вера прожила там шесть лет, выйдя замуж в 1906 году за М.Г. Гирбасова, (из рода известных ела-бужских купцов), работавшего в чайной торговой фирме Чистякова (Владивосток). Подтверждение этому мы нашли в отчете о пополнении коллекций Русского Энтомо-логического общества за 1909 год, где сказано, что в необработанном виде от действительного члена общества Н.И. Кардакова поступили сборы насекомых из Южно-Уссурийского края.

О том, как в годы гражданской войны он попал на Дальний Восток, Кардаков давал объяснения в 1946 г. в советской комендатуре Берлина. Оказывается, он сопровождал русскую Военную Академию [Генерального Штаба], и с осени 1919 по май 1920 г. был завербован «агентами Колчака» во Владивостоке, где работал в качестве охотника, писаря и метеоролога. Но был он в это время политически безупречен и «врагом народа» себя не проявил. Действительно, Труды Первого съезда по изучению Южно - Уссурийского края были отпечатаны в типографии Ака-демии, находившейся в 1922 г., судя по адресу, на Русском острове, напротив города. Скорее всего, Н.И. Кардаков приехал с остатками войск Колчака, так называемыми «каппелевцами», и не один, а с братом Андреем. Эти части были деморализованы, катастрофически теряли боеспособность, практически не получая довольствия, были вынуждены наниматься на любую работу, и даже создавать артели (например, портовых грузчиков). Собирать естественно - исторические коллекции с целью дальнейшей продажи - непростое занятие. Необходимо в этом деле разбираться, иметь навык. Видимо, в том числе и этим способом братья Кардаковы добывали или собирались добывать себе средства к существованию. Действительно, в условиях гражданской войны, разрухи и всеобщей безработицы деятельность препаратора - коллектора вполне может быть подходящим занятием, особенно если есть покупатели - оптовики.
Проанализировав единственную статью Н.И. Кардакова о бабочках Уссурийского края, опубликованную в 1928 г., а также коллекцию жуков в нашем музее, мы пришли к следующим выводам. Местами пребывания братьев и проведения сборов насекомых в течение 1919-1921 гг. были: острова Русский, Аскольд, деревни Нарва, Барабаш, станции Седанка, Океанская, г. Владивосток, очень редко - Суйфун. В тексте очерчен и круг общения с другими коллекторами-единомышленниками: доктор А.К. Мольтрехт, (вероятно, Н.И. Кардаков установил с ним контакты, обмен еще раньше, так как в коллекциях бабочек владивостокского музея мы обнаружили кардаковский сбор 1912 года из Вятки); а также заведовавший в те годы этим музеем Н.П. Крылов, местный любитель Владимир В. Боргест, (их сборы в большом количестве до сих пор хранятся в указанном музее); крестьянин с. Анучино, «старовер-энтомолог» Т.А. Калугин, господа Е. Шмидт, Ф. Горбачев.

Случайно, благодаря хабаровскому коллекционеру Л.И. Колосову и писательнице М.М. Меклиной, я узнал, что Н.И. Кардаков коллекционировал не только насекомых, но и боны - бумажные деньги и их аналоги. Это обстоятельство помогло ему в 1922 г. свободно выехать в Германию. Дело в том, что молодая советская республика остро нуждалась в золото - валютных поступлениях, поэтому использовала для их получения любые возможности. Даже вышедшие из употребления бумажные дензнаки и их суррогаты, обычно составляющие досуг коллекционеров, централизованно выставлялись на международные аукционы, - благо после социальных катаклизмов в России их накопилось немало. В 1922 году была создана Государственная организации по филателии - Советская Филателистическая Ассоциация (СФА). В нее тогда входили не только филателисты, но и бонисты с нумизматами. А ее официальным представителем в Берлине стал Н.И. Кардаков, тогда его коллекция насчитывала 2300 бон. Он систематизировал и выпустил каталоги бон, - как в соавторстве с крупнейшим коллекционером Л.М. Иольсоном (7000 бон), так и самостоятельно. «Он автор многих статей в отечественных журналах и зарубежном - "Россика», где публиковался под псевдонимом «Н. Росбер», что можно расшифровать как «Российский берлинец». Его каталог - одно из лучших изданий в этой области, и в Советском Союзе он неоднократно копировался частным образом, начиная с 60-х гг." В 60-е гг., собрание бон Кардакова подошло к десяти тысячам. Каково же было наше удивление, когда недавно мы вычитали, что Лев Максимович Иольсон (1891, Вильнюс - 1938, Москва), крупнейший бонист середины 20-х гг., жил в это время во Владивостоке и был, как и В.К. Арсеньев и А.К. Мольтрехт, членом Совета Владивостокского отдела ГРГО. Известно, что 8.04.1938 он был расстрелян по обвинению в шпионаже. Реабилитирован 30.07.1957. Логично предположить, что именно в те смутные годы Н.И. Кардаков стал бонистом.

Высшее образование получил по специальности энтомология, окончив Геттингенский университет в Германии. С 1922 года Н.И. Кардаков сотрудничал с Немецким Энтомологическим музеем-институтом Общества Кайзера Вильгельма (Die Deutschen Entomologischen Institut der Kaiser Wilhelm-Gesellschaft, in Berlin-Dahlem), в котором десять лет работал внештатно, а потом с повремённой оплатой. С 1934 по 1943 гг. он заведовал секцией чешуекрылых.

Интересный факт: имеется документальное подтверждение, - в виде трех одновременных росписей в журнале посещений, - что именно там 11 апреля 1926 г. сошлись Кардаков, Мольтрехт и Владимир Владимирович Набоков. Писатель, как никто другой сумевший передать все нюансы переживаний коллекционера и ставший впоследствии профессиональным энтомологом-систематиком, считал Кардакова своим "энтомологическим другом" и посвятил ему стихотворение. Оно было записано на фронтисписе подаренной ему автором книги, обнаруженной в 1977 году в букинистическом книжном магазине в Калифорнии, в г. Беркли литературоведом Терри Майерсом. Вот его текст.


«Дорогому Николаю Ивановичу Кардакову от автора.
(Отрывок из поэмы "Бабочки").
...Издалека узнаешь махаона
По солнечной, тропической красе:
Пронесся вдоль муравчатого склона
И сел на одуванчик у шоссе.
Удар сачка, - и в сетке шелест громкий.
О, желтый демон, как трепещешь ты!
Боюсь порвать зубчатые каемки
И черные тончайшие хвосты.
А то бывало, в иволговом парке,
В счастливый полдень ветреный и жаркий,
Стою, от благовонья сам не свой,
Перед высокой рыхлою сиренью,
Почти малиновою по сравненью
С глубокою небесной синевой;
И махаон свисает с грозди, дышит,
Пьянеет он, золотокрылый гость,
И ветер ослепительно колышет
И бабочку, и сладостную гроздь.
Нацелишься, - но помешают ветки;
Взмахнешь, - но он блеснул, и был таков,
И сыплются из вывернутой сетки
Лишь сорванные крестики цветов...»


Во время Второй Мировой войны институт был эвакуирован в Мекленбург, но Кардаков оставался в Берлине и вроде бы даже готовился к отправке в Россию в качестве переводчика. Однако что-то этому помешало, и тогда в 1943 г. он устроился помощником препаратора, а позднее научным сотрудником в Берлинский естественно-исторический музей - к М. Герингу (Hering, Erich Martin, 1893-1967), когда-то учившему его делать препараты и в честь которого он назвал в 1928 г. нескольких бабочек. В 1951-1953 гг. его научные работы были удостоены премий немецкой Академии наук, а в 1956 г. они даже выдвигались на Нобелевскую премию. В 1951 г. уволился по состоянию здоровья, но умер лишь много лет спустя, 7 марта 1973 (по другим источникам, 1975) года в Берлине, успев подготовить новое издание своего бессмертного каталога. По некоторым непроверенным данным, и в Германии он продолжал быть предпринимателем, - владел крупным пуговичным производством.

Его коллекции разошлись и хранятся во многих странах мира: цейлонские и индокитайские бабочки Lepidoptera (1909), южно-уссурийские жуки Coleoptera (1919/21) в 1922 поступили в Зоологический институт (СПб). Много сборов хранится в иностранных хранилищах, вот их перечисление из иностранного справочника: "Lepidoptera vom Ussuri 1928/31 vereinzelt: Parnassier (inkl. Typen) 1929 via K. Eisner an Rijksmus. Nat. Hist. Leiden, Papilionidae (exkl. Parnassier) und Saturniidae 1930 an M. Cretschmar/Celle, Argynnis und Melitea 1932 an Collier, Geometridae (inkl. Typen) und Sphingidae 1929/30 an Zool. Mus. Tring, alle sonstigen Typen sowie alle Limacodidae, Cossidae und Hepialidae 1929/30 an Zool. Mus. Berlin, Arctiidae an P. Reich / Berlin, restliche Heterocera 1931 via H. Bytinski-Salz 1938 an Carnegie Mus. Pittsburgh (Penns.), Micros I. Auswahl via E. Meyrick 1938 an Brit. Mus. (N. H.) London, Rest der Macros und Micros 1922/35 an Dt. Ent. Inst. Berlin".
Подводя итог, можно сказать, что Николай Иванович Кардаков проявил себя прежде всего как систематик и коллекционер, получив за это всеобщее, пожалуй, мировое признание. И, как нам кажется, не так уж важно, что предметы его занятий, бабочки и боны, не родственны между собой. Стремление к упорядочению чего-либо, систематизации, видимо, было его подлинным призванием в жизни.

В 2002 году И.А. Кузнецова, дочь Е.А. Кардаковой – Преженцовой (первой жены его младшего брата Андрея, репрессированного и расстрелянного в Хабаровске 11.10.1938 г.), рассказала мне о загадочном случае, связанном с Кардаковыми. После войны во Владивостоке их разыскал Константин Аркадьевич Кардаков, дипломатический работник, сын среднего из братьев. Бывая за границей, он навещал дядю Николая в Берлине. А Евгении Алексеевне он говорил: «ну и что, если они разошлись, - с такой фамилией ты навсегда будешь нашей родственницей». Уезжая, он попросил на время первые издания книг В.К. Арсеньева, бережно хранившиеся в семье с двадцатых годов. Вскоре они вернулись по почте, только обложки у них были новые, другие. Объяснений не последовало. Мы предполагаем, что разгадка этого происшествия связана с кладом редких бонов, спрятанных таким оригинальным образом.

Недавно полная версия моей статьи о братьях Кардаковых появилась на сайте их родового города Котельнича. Благодаря Интернету ее прочитал и на меня вышел их внучатый племянник, внук среднего брата, Аркадия, А.К. Кардаков. Он сообщил, что «Константин Аркадьевич Кардаков, мой отец, был, что называется «золотые руки», в науках не преуспел. Он работал начальником отдела приборов в Институте геологии АН СССР. Он никогда не был за границей. Об Андрее Ивановиче мы знали из книги Арсеньева «В дебрях Уссурийского края». О Николае Ивановиче никто в семье никогда не упоминал. Видимо, опасно было. Полагаю, Аркадий Иванович, мой дед, работавший начальником отдела в Гипробуме (проектный институт бумажной промышленности), был последним незаурядным человеком в семье».
Думаю, таких детективных историй в нумизматике и бонистике пруд пруди. И это еще и еще раз говорит о том, что к мемуарам нужно относиться с большой осторожностью.

© Новомодный Е.В., 2005.

Дополнительно о Кардакове можно почитать здесь и здесь.


 
Связные ссылки
· Ещё о Статьи о людях
· Новости webmaster


Самая читаемая статья из раздела Статьи о людях:
Гюнтер Рейндорф - "отец" эстонских банкнот


Назад :: Home :: Контакт